Итак, через 18 лет жизни на исторической родине я, наконец, решился взять свою семью и показать ей родной город, а заодно и самому посмотреть.

Последние годы, когда все уже съездили в Питер и вернулись довольные, я все еще уговаривал себя не ехать. Мол, столько мест еще осталось, где я не был, а там был.
 

(Благодарность за рисунок - неизвестному мне художнику из www.100dorog.ru.).
Поздний вечер. Я ищу такси на площади Tian-An-Men. Слева от меня вдалеке мавзолей Вождя, справа стена Запретного Города с портретом Его же над знаменитыми воротами, давшими название площади. Людей почти нет. Пространства огромные. Никаких признаков стоянок такси. 
И тут произошел случай, который я не смог бы себе представить ни на Красной Площади, ни у заборчика Белого Дома, ни в радиусе пол-километра от любого места, что-либо олицетворяющего для западной цивилизации, да еще и охраняемом.
А дело было так. Подходя ко второму фонарю справа от портрета вождя (в любом фотоальбоме Пекина есть этот столб), я услышал громкую перебранку между китайским мужчиной и китайской женщиной. Как это обычно бывает в семейной жизни, женщина говорила больше и явно провоцировала мужчину на то, что называется “насилие в семье”. Мужчина понял, что женщину ему не перекричать, выхватил у нее из рук чемодан и начал бить ее им по голове. Напомню, действие происходит в 200 метрах от знаменитого Портрета Вождя. 
Следует отметить, что у каждого из столбов дежурили по два солдата. Они не просто стояли по стойке смирно, а занимались охраной порядка. Это выражалось в том, что для того, чтобы посмотреть направо, они выполняли команду “Равнение направо”. Налево - соответственно. Посмотреть назад – это поворот кругом по всем правилам. В общем, занимались сами по себе строевой подготовкой, выполняя отданные самим себе команды в каком то определенном порядке. 
Солдаты, охранявшие Второй Столб, были застигнуты происшедшим врасплох. Они перестали выполнять повороты и подошли к семейной паре. Мужик продолжал бить тетку чемоданом по голове, тетка истошно вопила. Стражи Второго Столба со смешанным чувством раздражения и интереса наблюдали эту сцену.

Я вспомнил о моем родственнике, которого при входе на Красную Площадь милиционеры повалили мордой в снег, завидев в его рюкзаке подозрительную треногу от фотоаппарата. Мужик продолжал бить тетку чемоданом по голове.
Тут один из солдат заметил, что собирается толпа. Он оторвался от зрелища и принялся разгонять народ. Когда толпа поредела, солдат воспользовался случаем и вернулся к своим строевым упражнениям. Два шага вперед, поворот, равнение налево, направо, где мужик продолжал бить тетку чемоданом по голове, тетка продолжала визжать, но не уходила. Ей, я думал, тоже было интересно, чем все это кончится. 
Тем временем второй солдат, раздосадованный тем, что его отвлекли от строевой, вызвал кого-то по рации. Через две минуты приехал белый микроавтобусик. Сейчас, думаю, всех побросают в фургон, и дело на этом кончится. Но нет. Человек в штатском из фургона отобрал у мужика чемодан, после кратких объяснений отдал его тетке и отпустил ее. А мужика он отвел на газон и долго втолковывал ему правила морального кодекса строителя коммунизма (а что же еще?).
Пройдя вдоль ночного проспекта с километр и не найдя ничего похожего на остановку, я обратился к за помощью к прохожим. Такси по-китайси чу-цу-чи-че. Каждый слог можно произнести в четырех разных интонациях. Итого, вероятность правильного произношения 1/256. Мужчина не понял ничего. Но, как всегда, помогла женщина (китайские женщины заметно умнее китайских мужчин). Она сказала, что надо просто подойти к поребрику и помахать рукой. Сразу остановилось такси.
Я поехал в гостиницу, а утром пошел на выставку.
Первое, что я там увидел, был громкий скандал у одного из павильонов с метанием друг в друга мелких запчастей от кондиционеров, в этом павильоне выставляемых.
Вокруг стояла толпа любопытных, в которой я насчитал девять полицейских в форме.

Уездный город Анджи. Церемония открытия завода. Съезжаются гости. Оркестр играет "На сопках Манчьжурии".
Триса, юная инженерка, весом около тридцати килограммов, знакомит меня со своими коллегами. Она была приставлена ко мне на весь день для того, чтобы олицетворять собой китайское гостеприимство. Триса порывалась носить мой портфель, а вечером, за ужином, подливала мне водки, пока я не объяснил ей, что наша израильская традиция не позволяет женщине делать это.
Прогуливаясь с Трисой по тропинке, я увидел Ричарда, ведущего натужную дипломатическую беседу через переводчицу, с человеком вида партработника.
Ричард схватил меня за рукав и прознес: "Познакомься, это лидер местной партийной организации." И тут же, довольный, свалил.
Одного взгляда на товарища было достаточно, чтобы понять, что секретари райкомов партии отличаются друг от друга только разрезом глаз.
О чем говорить с секретарем райкома, да еще через переводчицу? Решение было найдено. Я прочитал ему текст заученный еще в школе: "Meine liebe Stadt ist Leningrad", заменяя по контексту Leningrad то на China, то на Israel.
Я произносил пару фраз, делал паузу, переводчица обращаясь к моему собеседнику, говорила: "Ta shuo (он говорит),..." а дальше я уже не понимал.
Я говорил еще пару фраз.
Снова "Ta shuo,...".
Когда текст кончился, я сообшил моим новым друзям, что я так люблю Китай, что даже начал изучать китайский язык. В подтверждение я произнес:
- Wo hui shuo Hanyu yi-huir. (Я мoгу немного говорить по-китайски)
- Ni hui!?- воскликнул с удивлением секретарь райкома (Ты можешь!?)
Я сказал еще несколько фраз по-китайски, переводчица кивнула, повернулась к собеседнику и произнесла:
- Ta shuo,...

Отношение китайцев к религии выразил наш друг Юджин: "Я христианин, Саймон буддист, а Рокки любит играть в гольф." Я иудей, Василий христианин, а Махмуд любит взрываться в автобусе.
Китайцы не доверяют иностранцам произносить свои китайские имена. Красивое имя произнесенное в третьем тоне вместо четвертого может превратится в грязное ругательство. Поэтому они придумывают себе имена иностранные. Знакомясь с китайцами, мы обнаруживаем, что их зовут Джефф, Тони, Фред, Сесилия. На северной границе чаще встречаются Андреи и Славики.
В тот дождливый апрельский вечер я попал на корпоративный ужин, ( остальное здесь )